Царские невозвращенцы

Опубликовал   |  -

Общеизвестно, что царь Петр I отправлял молодых дворян на учебу за границу. Однако он был далеко не первым царем, который поступал подобным образом, — лет за 100 до Петра царь Борис Годунов также отправил молодых русских недорослей за границу набраться ума-разума. 

Что же из этого вышло?

Борис Годунов был царь весьма амбициозный, даже хотел провозгласить себя императором. И он прекрасно понимал, что без грамотных подданных империю ему не построить. Потому сначала он решил построить у себя университет. Однако православный клир взбунтовался, заявив, что «заморскими соблазнами единоверия они разрушать не дозволят». Да и наем профессоров-иностранцев для нового университета шел плохо, так что от этой идеи пришлось отказаться.

Однако царь Борис не сдался и надумал тогда отправить русских учиться за рубеж. Учеников набрали из сыновей дьяков и подьячих и отправили на учебу в Любек (Германия), Стокгольм (Швеция) и Лондон (Англия). Английская одиссея нам известна довольно хорошо.

Ученье – свет!

30 июля 1602-ого года английский купец Мерик отплыл из российского порта в Архангельске на родину, увозя с собой личное послание царя Бориса королеве Елизавете и четырех русских юношей. В письме русский правитель обращался к своей венценосной коллеге с просьбой дать оным отрокам достойное образование6 но при этом не склонять их в другую веру.

Русские благополучно прибыли в Англию, где встретили благожелательный прием со стороны королевы. Добры молодцы были направлены в лучшие учебные заведения Англии – каждый в свое.

И тут грянуло «Смутное время». Российскому государству стало не до каких-то там студентов., и о них вспомнили уже при следующей династии.

В 1613 году в Лондон к королю Якову прибыло посольство во главе с послом Зюзиным. Среди всех важных вопросов был еще вопрос о возвращении студентов домой. А если англичане заявят, что русские возвращаться не хотят, то послам следовало заявить, что они ни в жизнь не поверят, что настоящим русским людям нравиться жить в стране, где «ни службы великолепной, ни проповеди красной узрети и услышать неможно».

Но как выяснилось, выпускники Итона и Кембриджа Афанасий Кожухов и Козарин Давыдов стали купцами и вели торговлю в Индии. Федор Костомаров поступил на службу к королю и стал его посланником в Ирландии. И лишь Никифор Григорьев все еще учиться и пребывает в Лондоне. Этот самый Никифор смело прибыл на встречу с послом, три дня с ним пьянствовал, а потом откланялся и исчез.

Посол обратился к английскому Мерику, который был постоянным московским представителем в Лондоне, и приказал ему найти невозвращенцев. Мерик обещал двоих – Костомарова и Григорьева. На том посольство и отбыло на родину.

Но 1615 году в Лондон прибыло новое русское посольство во главе с Иваном Грязевым. Тот узнал, что Кожухов и Давыдов все еще торгуют, а Костомаров на службе в Ирландии. А с Никифором Григорьевым случился полный конфуз: тот «от веры православной отступил и неведомо по какой прелести, в здешние попы стал».

Посол Грязев приказал охранникам выследить Григорьева и силой, в закрытой карете, привезти его в посольство. Те так и сделали. Вероотступника закрыли в отдельной комнате и стращали разными карами, если он не раскается, а когда Никифор начал возражать, посол самолично съездил тому по роже.

Но хитрый вероотступник попросился по большой нужде и через крышу сбежал. Грязев начал требовать у англичан выдачи Григорьева, грозясь ссорой царя с королем, чем окончательно сорвал переговоры. Русское посольство несолоно хлебавши вернулось домой.

Пастор Элферий

Русское посольство в Англии в 1617 году также требовало выдачи невозвращенцев, но англичане сказали, что Григорьев со товарищи – вольные люди, и если захотят вернуться – то пусть возвращаются, а нет – так нет. Это заявление о «вольных людях» повергло  посольских  в шок.

Наконец в 1621 году, когда очередное русское посольство прибыло в Лондон, московские дипломаты снова добивались возвращения бывших русских подданных, обещая им «царские милости». На встречу с послами прибыл только Никифор Григорьев в сопровождении английского представителя. На русские иконы креститься не стал, заявив, что это дикое суеверие, — с тем и ушел.

Известно так же, что Никифор Григорьев прожил долгую жизнь, служил пастором под именем Майкифера Элфери и умер в окружении восьми сыновей, которые ни слова не знали по-русски.

Андрей Подволоцкий
По материалам журнала
 «Загадки истории» №39, 201

Добавить комментарий